+7 (918) 457-52-20

+7 (928) 208-34-37

Поиск по сайту

 

Законопроект не направлен на сохранение биоресурсов

Многие годы любительское и спортивное рыболовство существовало в нашей стране само по себе, и власти не особо стремились его как-то организовать. Ажиотаж по поводу этой темы возник лишь после кампании по закреплению рыбопромысловых участков и вызванных ею акций протеста. Чтобы погасить страсти, потребовалась срочная разработка специального законодательного акта. Основное требование протестующих – свободный и бесплатный доступ к водоемам и биоресурсу. Интерес арендаторов РПУ – в развитии цивилизованного экологически ориентированного бизнеса. Задача государственной власти – сбалансировать эти потребности. Удастся ли сделать это с помощью нового закона? Эту проблему  обсуждает участник рабочей группы при Государственной Думе по подготовке законопроекта «О любительском и спортивном рыболовстве», генеральный директор компании ЗАО «Река Поной» Светлана КУДРИНА.

- Светлана Александровна, во-первых, как продвигается работа над проектом? Какие положения вызывают наибольшие споры, а какие – наибольшую тревогу у Вас как руководителя организации по спортивно-любительскому рыболовству?

- На данный момент рабочая группа в Госдуме по подготовке законопроекта «О любительском и спортивном рыболовстве» закончила свою работу. В рабочую группу в Думе вошли представители Федерального агентства по рыболовству, пользователей Рыбопромысловых участков и, разумеется, общественности. Надо отметить сразу, что мы имеем дело с двумя категориями общественности – теми, кто хочет рыбачить свободно и бесплатно, и теми, кто хотел бы иметь возможность порыбачить на окультуренных водоемах, где есть рыба, а значит, делать это за определенную плату.

В ходе обсуждений было сформировано огромное количество поправок. Более половины из них были поддержаны всеми членами рабочей группы, хотя отдельные положения были сформулированы в результате жарких споров.

Например, предлагалось ввести карту рыбака, похожую по принципу действия на охотничий билет. Предполагалась, что такая карта станет неким статистическим инструментом в каждом субъекте РФ для возможности оценить рыболовную нагрузку на водоемы, оценить общее количество рыбаков – местных и приезжих и т.п. Такая карта могла бы предусматривать определенные нормы вылова на те или иные виды биоресурсов. На основании такой карты рыбак мог бы получать лицензию на особо ценные и анадромные виды биоресурсов. В окончательной версии законопроекта по картам рыболова будет осуществляться добыча ценных, особо ценных, ОДУемых и анадромных видов, которые изначально планировалось лицензировать.

Много спорили об организации рыболовства в рекреационных рыболовных хозяйствах, начиная с самого толкования понятия этих хозяйств, ну и, разумеется, порядка формирования таких хозяйств в границах населенных пунктов.

Камнем преткновения стало само понятие РПУ для любительской и спортивной рыбалки. Много споров касалось и количества РПУ, и площадей водоемов, отводимых под РПУ. Неразрешенным и центральным предметом спора осталось право пользователя РПУ ограничивать доступ на добычу биоресурсов, о чем нужно сказать отдельно.

Так как этот закон будет являться основополагающим для организаторов любительской и спортивной рыбалки, у пользователей РПУ было много замечаний, связанных с практикой применения отдельных статей этого закона. Многие замечания были учтены. Простым примером является предложение общественности выдавать любителям долгосрочные лицензии на ценные и анадромные виды биоресурсов сроком до 4 месяцев. На практике это неприменимо, так как один из способов сохранения ценных и анадромных видов – это ежесуточный и четкий контроль над объемом вылова по каждому РПУ.

До сих пор неясен вопрос, каким образом будут выдаваться государством карты рыболова (или лицензии) на не закрепленных ни за кем рыболовных участках и как будет осуществляться контроль за выловом в таких случаях.

В качестве основного документа принято решение рассмотреть вариант законопроекта, подготовленный Росрыболовством, а альтернативные варианты законопроекта переформатировать в поправки. Теперь основная работа ведется в Госдуме.

По моему мнению, на сегодняшний момент концепция законопроекта в целом не направлена на сохранение биоресурсов. Основополагающим принципом законопроекта является принцип бесплатности и общедоступности рыбалки. В 100%-ном применении этого принципа через 2-3 года в России ценные, ОДУемые и анадромные виды биоресурсов либо исчезнут полностью, либо некоторые их них будут сохранены в самых глубоких уголках. Поэтому опасения связаны с механизмом регулирования здорового баланса между бесплатностью и сохранностью водных биоресурсов.

Сам законопроект признан достаточно сырым, и это естественно, если учесть сроки его появления. Необходима более тщательная проработка отдельных статей.

- Обсуждаются ли механизмы расчета допустимого количества рыбопромысловых участков в тех или иных районах? Нужны ли здесь ограничения, если Россия располагает бесчисленным количеством рек и озер?

- Если учесть, что негодование общественности вызвано в том числе и количеством новых появившихся РПУ в отдельно взятых регионах, то, естественно, этот вопрос был «горячим».

Законопроектом в последней редакции ограничена совокупная площадь рыболовных участков, которая составляет не более 5% общей площади водных объектов рыбохозяйственного значения, расположенных на территории одного субъекта РФ.

Данная цифра – это некий единственно возможный на сегодняшний день компромисс между общественностью и пользователями РПУ.

Считаю, что было бы правильнее делегировать субъектам право определения этого процента. Ведь в каждой конкретной области 5% общей площади водных объектов – это совершенно разные значения. Реки и озера обладают разными экосистемами. Реки-нерестилища анадромных видов вообще должны быть переведены в другой статус водоемов.

На примере центральных районов можно сделать вывод, что такие ограничения необходимы. Но вводить такие ограничения без научных обоснований и на территории всей России единой цифрой неправильно. В результате сокращений количества РПУ в целях подгонки под 5%-ный стандарт могут пострадать РПУ с положительной репутацией и хорошей историей. Россия лишится замечательных ухоженных мест с развитой инфраструктурой и символичной, но справедливой платой за возможность провести время не только с удочкой, но и с удовольствием.

- Какие поправки вносятся в проект относительно объектов лова? Вы предлагаете ограничить доступ на рыбопромысловые участки, где ведется лицензионный лов. Ваши аргументы приняты?

- Объектам лова было уделено много внимания. Обсуждение велось по всем вопросам, касающимся объектов лова и права собственности на объекты и т.д. Выделены особо ценные и ценные виды, так называемые ОДУемые (в отношении которых устанавливается общий допустимы улов) и анадромные виды водных биоресурсов.

Основной спор не только в отношении объектов вылова, но и всего законопроекта в целом касается ограничения доступа к биоресурсам на рыболовных участках, закрепленных за конкретным пользователем. В этом вопросе представители первого вида общественности заняли жесткую и, на мой взгляд, неадекватную позицию.

Сейчас любительское рыболовство на рыбопромысловых участках осуществляется с согласия пользователя РПУ – организатора спортивного и любительского рыболовства. Обсуждаемый законопроект не содержит права пользователя ограничить количество рыболовов на рыболовном участке, где, например, водятся те же самые ценные породы рыб, а значит, фактически лишает пользователя возможности препятствовать браконьерству, так как установить контроль за каждым рыбаком невозможно.

Одна из благородных целей, преследуемых общественностью – освободить честного рыбака от статуса браконьера. Находящийся на реке, представленной основным образом ценными или анадромными видами биоресурсов, любой рыболов-любитель, целью которого являются другие нелицензируемые виды, по своей сути будет являться браконьером.

Гарантировать, какой именно попадется экземпляр – ценный или нет – не возьмется никто. В случае поимки ценной рыбы рыбак, не имея лицензии, будет обязан отпустить ее, что по своей сути является рыбалкой по принципу «поймал-отпустил», процент смертности при которой учитывается в выделяемой квоте.

Это в свою очередь значит, что любой рыбак перед появлением на водоеме, где водятся ценные, ОДУемые и анадромные виды биоресурсов, должен получить на них лицензию или оформить карту рыболова (в зависимости от принятой в законопроекте схемы). А рыбинспекция, в свою очередь, должна препятствовать рыбалке на таких водоемах без наличия лицензий.

Вывод напрашивается сам собой – пользователю все-таки необходимо сохранить право на ограничение свободного доступа к биоресурсам хотя бы на тех водоемах, где водятся ценные, особо ценные, ОДУемые и анадромные виды.

Общественники сетуют на ограниченные возможности рыбачить на ценные виды рыб. Но здесь я приведу факты. Если мне как пользователю РПУ в 2011 году на три участка выдана квота на семгу 5 тонн, а средний вес лосося 3,5 кг, то я могу допустить к ловле в среднем 476 рыбаков, дав каждому возможность поймать по 3 экземпляра. Общественность же представлена десятками тысяч человек. Очевидно, что этим та самая общественность опять будет недовольна.

Например, на труднодоступные места без вертолета не добраться. Именно этим объясняется и стоимость тура на таких реках. Приезжающие на такие реки «любители»-рыболовы не ощущают трудностей с оплатой вертолета и могли бы отдыхать в наших лагерях. Причиной же нежелания приезжать организованно является именно отношение к рыбе и реке – таких «любителей» мало интересует, что будет завтра. Желание увезти несколько кулеров с рыбой прямо сейчас важнее, будет ли эта рыба в реке на следующий год. Из наших лагерей вывоз рыбы строго запрещен. Рыбу можно есть в достаточном количестве, но вывозить – нет. Вернемся к уже произведенным подсчетам – квота достаточно мала, чтобы позволить каждому рыбаку вывозить даже по одному хвосту. А квота, в свою очередь, определена научными исследованиями, позволяющими установить сохраняющий лимит.

- Будут ли внесены в проект закона положения, разграничивающие виды рыбалки по принципу «поймал-изъял» и «поймал-отпустил»?

- К сожалению, в последней редакции проекта закона такого разграничения нет. Необходимость в этом возникла в последние два года. Ранее квота устанавливалась в отношении обоих принципов. В 2009 году квота «поймал-отпустил» была упразднена, так как выдаваемая квота уже содержит научно обоснованный процент смертности отпускаемой семги. Пользователь должен был сам рассчитывать допустимый объем вылова по принципу «поймал-отпустил», отталкиваясь от полученной квоты на «поймал-изъял» и установленного процента смертности. Тем не менее именно из-за нечеткой трактовки данных понятий и правил учета вылова добытых и отпущенных биоресурсов контролирующие органы, такие, как прокуратура, усматривают нарушение в действиях пользователей.

Мы надеемся, что это недоразумение будет решено и в закон будут внесены необходимые поправки, так как отпущенный экземпляр не может учитываться равнозначно с изъятым.

- Сейчас проект закона претерпевает изменения, над ним идет работа. Не может ли случиться так, что в результате у рыбаков-любителей будут только права, а все обязанности лягут на арендаторов РПУ? В том числе по охране водоемов, поскольку государственных инспекторов не хватает.

- Отсутствие у пользователя РПУ права ограничить доступ рыболовов на рыболовный участок вступает в противоречие с обязанностями этого пользователя, касающимися обеспечения сохранности водных биоресурсов и среды их обитания на предоставленных в пользование объектах. Данное противоречие недопустимо в законе.

Охрана водоемов – это отдельный вопрос, касающийся правовых аспектов. А при отсутствии права ограничить доступ к биоресурсам вверенного в пользование РПУ – что конкретно должен охранять пользователь? Брать на себя функции государственных инспекторов без возможности исполнять таковые?

С другой стороны, общественность согласилась с тем, что РПУ должны быть, так как все понимают, к чему приведет полная бесхозяйственность.

Государственных инспекторов, действительно, не хватает. Именно пользователь берет на себя расходы по охране биоресурсов от незаконного вылова. Но какой смысл становиться пользователем РПУ, если отсутствуют какие-либо права, но при этом сохраняются значительные обязанности, требующие больших финансовых вложений?

При варианте, когда от пользователя не будет требоваться согласие на рыбную ловлю на арендуемом им участке, оказание таких услуг, как прокат лодок, снастей, предоставление гида, – не будет эксклюзивным. Любая другая компания, не являющаяся пользователем РПУ, сможет построить свои рыболовные базы на территории этого РПУ. Таким образом, смысл становиться пользователем РПУ полностью теряется.

- Есть ли понимание у ваших оппонентов, что арендатор РПУ – это не просто человек, который огородил самое рыбное место на речке и дерет деньги с бедных рыбаков? А это целый коллектив единомышленников, которые занимаются в том числе и охраной биоресурса, это инвестиции, связь с отраслевой наукой, обязанности перед государством и перед клиентами, то есть сложный и многогранный бизнес.

- В процессе обсуждения законопроекта, как мне показалось, удалось донести до представителей этих самых оппонентов, что есть положительный опыт РПУ на примере Мурманской области, когда результат деятельности направлен на сохранение биоресурсов. В нашем случае РПУ – это цивилизованная, культурная форма рыбной ловли с многолетней историей.

Из-за отсутствия должного количества рыбинспекторов и государственного финансирования именно РПУ во многих случаях берут на себя обязанность по сохранению многих видов рыб, включая ценные, поскольку РПУ своими силами осуществляет их охрану и контроль по вылову. На общедоступных водоемах со свободным ловом во многих регионах рыбы практически уже нет. Нужно отделять эффективные РПУ с положительной историей от недобросовестных пользователей, а не просто ликвидировать РПУ как правовой институт. Другого механизма по сохранению биоресурсов от браконьеров и бесконтрольного лова, кроме РПУ, в настоящее время нет.

Пользователи РПУ Мурманской области – это в основном энтузиасты рыбалки по принципу «поймал-отпустил». Высокий уровень культуры рыбалки на семгу в Мурманской области известен во всем мире. Пользователями РПУ осуществляется финансирование проектов по реализации комплексных мер, направленных на восстановление и сохранение запасов дикого атлантического лосося. На наших реках и озерах рыбачат туристы более чем из 40 стран.

Подразумевается, что после принятия закона все РПУ должны будут пройти формальную перерегистрацию в РУ (рыболовный участок) и привести положения своих договоров в соответствие с новым законом. Этот процесс может быть использован для отсеивания недобросовестных пользователей.

- Сейчас уже идет обратная кампания – массовое расторжение договоров с арендаторами рыбопромысловых участков. Федеральное агентство по рыболовству даже регулярно публикует статистику по регионам. Вдруг оказалось, что условия договора арендаторами повсеместно нарушаются, участки используются не по назначению – такая «зачистка» происходит. Компания «Река Поной» не испытывает в связи с этим повышенного внимания проверяющих? Не будет ли негативного воздействия на законопослушный бизнес по организации спортивно-любительского рыболовства в связи со всей этой историей? У вас же сейчас начинается сезон?

- По всей видимости, обстановка в регионах напрямую связана с управлением каждым конкретным субъектом и действиями местных властей.  Любые проверки, проводимые органами, контролирующими деятельность организаторов любительского и спортивного рыболовства, несомненно, отнимают немало времени и отвлекают от основной деятельности. Но нам как законопослушным и ответственным пользователям дополнительное внимание государственных органов вряд ли навредит. Другое дело – общественность. Сезон ловли на семгу начался с окончания ледосплава в конце мая. На легкодоступных водоемах пользователи РПУ уже столкнулись с проблемой неадекватного поведения «общественников», которые появляются на водоемах, в том числе на семужьих реках, и кричат о том, что правительство разрешило им рыбачить свободно и бесплатно везде. Такая «общественность» не читает законов, не разбирается в их сути, не интересуется сохранностью биоресурсов, но создает массу проблем и законопослушным пользователям, и государственным инспекторам, и контролирующим органам, и тем же рыбакам-любителям.